Анализ проекта закона Республики Абхазия Об инвестиционной деятельности

Илья Александров, Dr. iur., LL.M., MBA (Finance)

Управляющий партнер «Александров и Партнеры» alexandrow@alexandrow.biz

 

 Олег Папаскири,

Директор «Александров и Папаскири», papaskiri@aplaw.biz

 

 В декабре 2013 года Министерство Экономики Республики Абхазия представило проект Закона «Об инвестиционной деятельности» (далее – «Проект»), который призван улучшить инвестиционный климат в Республике Абхазия, создать принципиально новые условия для работы абхазских и иностранных инвесторов.

 Однако удалось ли разработчикам законопроекта удовлетворить потребности или хоть частично соответствовать надеждам и чаяниям инвесторов? На наш взгляд, нет. Кратко обоснуем свою позицию.

  

I. Важные концептуальные упущения в Проекте

1. Отсутствие четкой процедуры регламентации инвестиционного процесса

 Проект не устанавливает четких процедур для прохождения отдельных стадий любым инвестиционным проектом, заявитель которого нуждается в государственной поддержке - с момента подачи самой первичной заявки на стадии существования бизнес-идеи или бизнес-плана и до момента завершения реализации инвестиционного проекта, включая процедуры защиты прав и интересов с помощью судебных и внесудебных инструментов.

 В ряде стран мира, в том числе в Таможенном Союзе в составе России, Беларуси и Казахстана, действующее инвестиционное законодательство предусматривает четкие и ограниченные максимальными сроками процедуры и мероприятия по оказанию содействия инвесторам по реализации новых проектов. Такие потребности инвестора, как содействие в подборе и выделении земельного участка, содействие в подсоединении сетей коммуникаций – должны быть четко урегулированы в Проекте, в том числе с указанием конкретных максимальных сроков, в течение которых инвестору со стороны Республики Абхазия должны быть оказаны все необходимые меры поддержки.

 Приведем в пример процедуру инициирования и кураторства со стороны государства каждого инвестиционного проекта в Калужской области Российской Федерации или, например, в Витебской области Республики Беларусь. В обоих случаях на территории данных регионов действуют корпорации развития или специализированные уполномоченные государством органы с необходимой компетенцией, информационными ресурсами, координационными возможностями. Инвестиционная заявка в течение 10-15 рабочих дней обрабатывается сотрудниками данных структур, после чего инвестору делаются предложения по размещению его проекта на определенном участке, в определенных помещениях.

Инвестору оказывается необходимое содействие по установлению контактов с местными районными администрациями, энерго- и водоснабжающими организациями, предлагается заключить инвестиционное соглашение по установленной форме и на условиях, с предоставлением установленных законодательством налоговых льгот и других выгодных для инвестора и государства условиях. В упрощенном порядке и благодаря содействию уполномоченного органа можно подготовить и представить для экспертизы проектную документацию в рамках заявляемого инвестиционного проекта, получить разрешение на строительство, пройти все необходимые согласования, экспертизы и процедуры ввода возведенного объекта в эксплуатацию.

 Преследуемая государством цель такой процедуры и в России и в Беларуси – обеспечить максимально быструю реализацию инвестиционного проекта, обеспечить местное население рабочими местами, пополнить государственный и местные бюджеты налоговыми поступлениями, загрузить работой местные подрядные и субподрядные организации, модернизировать производства, снизить объем импорта за счет импортозамещения.

 Очевидно, что и перед абхазским государством стоит аналогичная задача, принципиально не отличающаяся от задач в регионах России или в Беларуси. Однако Проект не создает даже предпосылок для создания указанных понятных и прозрачных процедур.

 2. Отсутствие разграничений между инвестиционными проектами с высокой нормой рентабельности (низким сроком окупаемости) и проектами с низкой нормой рентабельности (высоким сроком окупаемости), а также экономически неокупаемыми проектами

Проект не предусматривает никаких качественных критериев оценки для проведения разграничения между инвестиционными проектами высокорентабельными (срок окупаемости до 5 лет), рентабельными (срок окупаемости свыше 5 лет) и неокупаемыми социальными или инфраструктурными инвестиционными проектами.

Поскольку в отдельных регионах Абхазии реализуются инвестиционные проекты различной отраслевой направленности, для оценки их эффективности необходимо разработать систему критериев оценки и сформулировать четкие перечни льгот и возможности для государственного со-финансирования реализации таких проектов.

Например, проект по строительству или реконструкции автомобильной дороги, который не является окупаемым при подготовке сметных расчетов, носит ярко выраженную социальную направленность. Но такой проект может предусматривать и отложенные во времени финансовые выгоды для государства в виде появления вдоль данной дороги новых производств, торговых и сервисных предприятий, а в сфере здравоохранения и социального обеспечения сам факт реконструированной дороги может иметь результатом снижение дорожного травматизма, более оперативную медицинскую помощь жителям поселений, расположенных вдоль данной дороги, а также более активную социальную жизнь (мобильность жителей, участие в культурной жизни, эксплуатация велотранспорта и т.д.).

Поэтому для неокупаемых проектов, на которые государством выделаются денежные средства, в обязательном порядке должны быть разработаны и приняты критерии эффективности таких проектов.

 

  1. Отсутствие процедуры оценки эффективности реализуемых инвестиционных проектов (критерии: соблюдение срока реализации проекта, соблюдение объема инвестиций, своевременность выполнения государством принятых на себя обязательств)

Исходя из необходимости классификации инвестиционных проектов, требуется также создание системы критериев оценки эффективности таких проектов.

Уполномоченный орган должен вести мониторинг реализации отдельных инвестиционных проектов, которые получили налоговые льготы и иные меры государственной поддержки. В случае невыполнения ранее заявленных параметров реализации проектов инициатору проекта может выноситься предупреждение, в также применяться меры воздействия в случае неэффективной реализации (или отказа от реализации) проекта – вплоть до изъятия предоставленного земельного участка и лишения инвесторов налоговых льгот.

 

  1. Отсутствие в Проекте четкого механизма защиты инвестиций путем обеспечения судебной и третейской защиты инвестиций, принятию мер превентивного свойства в виде охраны объектов инвестиций по заявлению инвестора

В Республике Абхазия на данный момент отсутствует эффективно действующий механизм урегулирования разногласий и разрешения экономических (торговых, инвестиционных и акционерных) споров. Система исполнения судебных решений работает неэффективно. Отдельные специализированные международные конвенции, которые предполагают защиту инвесторов (например, Конвенция о защите прав инвесторов от 27.03.1997, Конвенция ООН «О признании и исполнении иностранных арбитражных решений» 1958 г.) на данный момент не ратифицированы и не применяются на территории Республики Абхазия.

 В Проекте (ст. 44) прямо не указано, что споры между партнерами в рамках инвестиционных партнерств могут быть предметом третейского (арбитражного) разбирательства – в том случае, если в соглашениях о создании таких партнерств будут включены соответствующие арбитражные оговорки.

 В рамках подготовки к принятию предлагаемого Проекта необходимо обеспечить эффективную защиту национальных и иностранных инвестиций на территории Республики Абхазия – путем ратификации упомянутых международных конвенций и обеспечения эффективной работы службы судебных приставов.

 Для полноценной работы механизма защиты иностранных инвестиций, особенно на первых порах, важно внедрить механизм признания и обращения к исполнению на территории Абхазии иностранных арбитражных решений согласно Конвенции ООН 1958 года.

 Проект закона не учитывает международный опыт эффективного использования Торгово-промышленных палат, как авторитетных и эффективных арбитров и медиаторов в бизнес-процессах. Данный институт давно функционирует в Абхазии, и его потенциал может быть выгодно использован в рамках успешной реализации инвестиционной политики республики.

  

  1. Отсутствие четких параметров по лишению налоговых льгот и изъятию предоставленных земельных участков у неэффективных инвесторов

 Проект вообще не содержит четких критериев, согласно которым отдельные инвесторы могут быть лишены предоставленных налоговых льгот, а предоставленные земельные участки – изъяты для перераспределения среди более эффективных инициаторов проектов.

 Одним из таких критериев, для инвестиционных проектов, может стать фактор эффективности пользования.

 Предлагается ввести в Проект строгие временные рамки, в течение которых любой предоставленный инвесторам земельный участок при условии невыполнения положений инвестиционного соглашения, может быть изъят с соответствующей компенсацией по рыночной стоимости (в случае осуществления определенных начальных инвестиций (неотделимых улучшений) в данную площадку со стороны инвестора, подтвержденных заключением независимого оценщика и эксперта). Затем данный земельный участок может быть передан в аренду на конкурсной основе другому инвестору. Проведение конкурсов на право заключения договоров аренды земельных участков должно стать публичным, с заблаговременной публикацией информации о таких конкурсах в сети Интернет и в бумажных средствах массовой информации на абхазском и на русском языке.

Четкая и подробная процедура проведения конкурсов среди потенциальных инвесторов обязательно должна быть сформулирована и отражена в Проекте.

 

 6. Сложная доступность и скудность налоговых льгот и преференций

Описанная в Проекте модель льгот и преференций предполагает получение каких-либо льгот в условно-регистрационном порядке.

Такой механизм является более жёстким и регрессным по сравнению с действующим абхазским инвестиционным законодательством, которое предполагает получение налоговых льгот в обязательном порядке, лишь при инвестировании указанных в законе сумм. Разрешение на применение льгот со стороны государственных органов не требуется. То есть инвестор в уведомительном порядке сообщает налоговым органам о соблюдении им законодательно закрепленных условий и гарантировано получает льготы.  Заложенный в Проекте подход ставит инвестора в уязвимое и зависимое от решений государственного чиновника положение. Такая новелла выглядит контрпродуктивной.

В рамках предлагаемой Проектом модели мелкий и средний бизнес не имеет никаких шансов получить льготы и стимул развиваться. Любые инвестиционные проекты на сумму менее 15 млн. руб. оказываются вообще вне инвестиционной политики и не получают никаких льгот и преференций.

Также, Проект по сравнению с действующим законом сокращает сферы и формы преференций и льгот: в нем не предусмотрены льготы в таможенной сфере и в сфере внебюджетных платежей.

Проект закона не выглядит гибким и адаптированным к реальным финансовым показателям экономической деятельности бизнеса в Республике Абхазия. Льготы для проектов на сумму от 15 до 150 млн. руб. абсолютно одинаковы, хотя очевидна необходимость их дифференциации. Очевидно отсутствует предварительный анализ данного вопроса, его результаты вообще не нашли отражения в Проекте.

 

  1. Недостаточная проработка особенностей регулирования деятельности инвестиционных партнерств

Предлагаемая Проектом новая форма юридического лица – инвестиционное партнерство – является достаточно прямым аналогом существующего с июля 2012 года в Российской Федерации института «хозяйственного партнерства» (соответствующий закон был разработан и принят в 2011 году). Однако авторы Проекта не в полной мере восприняли конечную цель создания хозяйственных (инвестиционных) партнерств на территории Республики Абхазия. Если задаться вопросом о том, в чем разница между абхазским акционерным  обществом (или обществом с ограниченной ответственностью) и инвестиционным партнерством (за исключением наличия уставного капитала и возможности голосования непропорционально долям участия)? Ответ дает глубокий анализ концепции российского законодательства: суть и цель хозяйственного партнерства – в возможности максимально диспозитивно (т.е. по желанию партнеров) урегулировать любые вопросы взаимоотношений внутри инвестиционного партнерства. Все, абсолютно все цели, задачи, права и обязанности сторон, прямо не противоречащие законодательству, могут быть действительным образом установлены, могут являться предметом разногласий и споров, должны соблюдаться и уважаться третьими лицами и в т.ч. государством.

Проект необходимо существеннейшим образом доработать, для того чтобы новый для Республики Абхазия институт инвестиционных партнерств смог функционировать в полном объеме и способствовать партнерам-инвесторам эффективно реализовывать совместные инвестиционные проекты. Возможно, для это потребуется принять отдельный закон об инвестиционных партнёрствах.


II. ЗАМЕЧАНИЯ ПО ОТДЕЛЬНЫМ СТАТЬЯМ ПРОЕКТА

 8. Отсутствие раздела «Термины и определения» в Проекте. Неудачно сформулирован термин «Деньги»

 

Проект неудобно читать. Отсутствует нормальный и традиционный для многих современных законов раздел «Термины и определения», чтобы сразу можно было разобраться в понятийном аппарате, используемом в тексте Проекта.

Порядок расположения глав Проекта выглядит непоследовательным и не дает полного представления и характере описываемой информации. По сути, в Проекте содержатся нормы, регулирующие следующие крупные важные блоки вопросов:

 (1)  Принципы и порядок регулирования инвестиционной деятельности,

(2)  Защита инвестиций,

(3)  Приоритетные инвестиционные проекты,

(4)  Инвестиционное партнерство (новая форма юридического лица),

(5)  Государственно-частное партнерство,

(6)  Элементы законодательства о приватизации.

 Логично выделить данные блоки вопросов в самостоятельные разделы, содержащие одну или несколько глав каждый.

 

 9. Термины «Деньги», «Залог» и «Поручительство»

В статье 1 термин «деньги» не раскрыт в терминах и определениях Проекта. Под «деньгами» можно подразумевать денежные средства на расчетном, депозитном счете, наличные денежные средства в распоряжении инвестора.

В той же статье 1 термин «Залог» упоминается как разновидность имущественных прав. Однако залог не является видом имущественных прав. Само имущественное право может быть предметом залога. Но используемая в Проекте формулировка противоречит Гражданскому кодексу РА (далее – «ГК РА») и правовой науке в целом. По аналогичному основанию неуместно используется термин и институт  «поручительства».

 

 10. Ненужные исключения из перечня объектов инвестиционной деятельности в статье 6 Проекта

Объектами инвестиционной деятельности, как предусматривает Проект, не могут являться ценные бумаги, за исключением акций.

Данная норма прямо противоречит п.2 статьи 1 Проекта, где кроме акций и иные ценные бумаги признаются в качестве инвестиций. Кроме того, непонятно, почему не признаются и не пользуются защитой инвестиции в долгосрочные облигации Республики Абхазия или облигации частных эмитентов – абхазских юридических лиц?

Ведь именно предоставление для реализации отдельных проектов денежных средств (например, на срок от 3 до 5 лет) является инвестицией, которая нуждается в государственной защите и гарантиях.

Далее Проект отказывает в праве признаваться объектами инвестиционной деятельности займам и кредитам. Займы и кредиты традиционно признаются формами инвестиций и, более того, в тексте самого Проекта закона они рассматриваются как таковые.

Объектами инвестиционной деятельности не признаются жилые помещения, которые создаются и приобретаются не с целью предпринимательской деятельности. Очень спорная норма, учитывая недавно озвученный Президентом Абхазии тезис о том, что необходимо принять закон, устанавливающий порядок для приобретения иностранным гражданам жилья на территории Абхазии. Такие инвестиции, после 20 лет запрета, должны вновь стать безопасными, прозрачными и обязательно получить защиту в рамках Проекта.

 

 11. Формы инвестиций

Приведенный в статье 7 перечень форм инвестиций, во-первых, представлен как «закрытый список», т.е. исчерпывающий перечень возможных форм, выход за который качественно меняет статус капиталовложений со всеми юридическими последствиями, а во-вторых, не коррелируются с теми видами инвестиций, которые предусмотрены в ст. 1 Закона. Т.е. перечисленные в данной статье формы инвестиций не охватывают всех предусмотренных этим же Законом видов инвестиций, что приводит к искусственному необоснованному сокращению возможностей их использования.

 

 12. Публичный интерес – что это? Баланс между частным и публичным интересом

Статья 10 Проекта регламентирует необходимость «соблюдение баланса между публичными интересами и интересами инвестора».

В Проекте не содержится определения для термина «публичный интерес», в связи с этим требуется четкое определение и позиционирование между публичным интересов (т.е. интересом государства) и интересами частного инвестора, особенно в проектах, которые реализуются в формате государственно-частного партнерства (ГЧП).

 

 13. Формы регулирования инвестиционной деятельности. Как государству регулировать самому себя?

Название статьи 11 «Формы государственного регулирования инвестиционной деятельности» не точно описывает ее содержание. Поскольку, например, «участие», не может являться формой регулирования. Регулировать можно, будучи над процессом. В этой связи возможно описанную в статье деятельность правильнее классифицировать как «регулирование», «участие» и «поддержка».

Термин «участие» больше подходит для реализации проектов в формате государственно-частного партнерства (ГЧП), где государство выступает в качестве стороны в гражданско-правовых отношениях наравне с частными инвесторами.

 

 14. Статья 12 – Нужно ли проводить мониторинг и регулирование инвестиционной деятельности?

На основании данной статьи можно сделать вывод, что представительный орган власти – Народное Собрание – Парламент не принимает никакого участия в процессе государственного регулирования инвестиционной деятельности. Не сказано об анализе инвестиционного опыта, актуализации действующих законов в этой области, а также принятия поправок в смежные законы. Получается, что нормативно-правовое регулирование инвестиционной деятельности будет заключаться только в принятии новых подзаконных актов.

Компетенция  сфера деятельности Уполномоченного органа сведан лишь к контролю за преференциальными инвестиционными проектами, которые включены в реестр. Все остальные инвестиционные проекты не попадают в поле зрения данного органа и остаются без надзора. Т.о. инвесторы мелких и средних проектов оказываются без государственной поддержки в текущем режиме.

Также важно отметить, что фокус контроля и надзора Уполномоченного органа обращен только на обязанности инвестора, но обделен вниманием аспект обязанностей и ответственности другой стороны инвестиционного проекта – государства. Включение паритетного надзора будет служить более объективному подходу и даст возможность инвестору, чьи права нарушены оперативно обращаться с жалобой в Уполномоченный орган.

Часть 4 настоящей статьи предусматривает создание государственной организации. Такая возможность кажется необоснованной, поскольку создание специализированных профильных государственных организация целесообразно при многопрофильности головного учреждения. Но в данном случае Уполномоченный орган создается специально для выполнения поставленных задач и реализации указанных полномочий. Делегирование какой-либо части полномочий выглядит странно и не целесообразно.

 

 15. Статья 18 - Путаница между приоритетными и преференциональными инвестиционными проектами

Терминологически, понятия «преференции» и «льготы» это понятия очень близки семантически и иерархически одного порядка, поэтому использовать их в соотношении «общее» - «частное» не уместно. Более того, поскольку «приоритетные» инвесторы также могут пользоваться льготами, как и «льготные» инвесторы, то выбор терминов для градации видов инвестиционных проектов нам кажется неудачным.  Такой подход не соответствует содержанию понятий и может ввести в заблуждение пользователя закона.

П.4 ст. 18 Проекта сформулирован так, что его можно толковать ограничительно: в преференциальные инвестиционные проекты допущены только резиденты Абхазии, иностранным юридическим лицам доступ закрыт. Хотя согласно, закону они предусмотрены в качестве инвестора, и вероятнее всего, автор закона не ставил целью такое ограничение.

Необходимо обеспечить в Проекте процедуру публичности для приоритетных национальных проектов – обеспечить независимый контроль за реализацией таких проектов путем публикации ежеквартально отчетности и сведений о совершаемых крупных сделках и сделках с заинтересованностью, а также ввести процедуры корпоративного управления в проектных компаниях – в том числе независимых директоров в составы советов директоров. Для этих целей также радикально реформировать законодательство об акционерных обществах и принять ряд новых законов.

 

 16. Статья 19 – Регистрация преференциональных инвестиционных проектов

Проект предусматривает создание и ведение специализированного реестра инвестиционных проектов. Одним из принципов ведения Государственного реестра преференциальных инвестиционных проектов является принцип публичности и открытости. Данные реестра должны быть в актуальном состоянии безвозмездно доступны всем заинтересованным лицам в сети Интернет.

Информация о выполнении инвесторами заявленных обязательств по  инвестиционным проектам, включенным в Государственный реестр, представляется в Уполномоченный орган в установленном им порядке. Наличие положительного заключения экспертизы в отношении инвестиционного проекта является условия для включения проекта в Гос Реестр, но не основанием. То есть наличие такого заключения не гарантирует инвестору попадание в реестр и пользование льготами.  И не регламентирован также сам порядок и стадии формирования Гос Реестра и регистрации в нем проектов. Сроки рассмотрения заявления о включении не установлены.

Необходимость уплаты  государственной пошлины: Проект отсылает к необходимости принятия отдельного Положения Кабинетом Министров, однако отсутствие минимального набора параметров в законе может привести к искажению и деформацию заложенного изначально процесса и идеи.

 

 17. Статья 23 - Инвестиционный договор

Часть 1 статьи 23 закрепила исключительный состав «инвестиционного договора» - в нем должно присутствовать государство, как сторона. В общепринятой практике сторонами инвестиционного договора могут быть любые лица, отнесенные к категории инвесторов.

Также, в статье приводятся примеры возможных обязательств государства в рамках инвестиционного договора, в числе которых «кредитование». Однако кредит исключён из видов инвестиций согласно этому же закону (п.4 ч.3 ст.6)

Не предусмотрена возможность участия в инвестиционном договоре Органов Местного Самоуправления, которые также являются участниками инвестиционной политики.

 

 18. Статья 31 Проекта - Оказание Уполномоченным органом содействия в разрешении споров, связанных с осуществлением инвестиционной деятельности

В части 2 статьи 31 предусмотрена возможность для Уполномоченного органа принимать решение следующего характера - рассмотрит ли этот орган обращение инвестора или нет. Этот срок предусмотрен в размере – 10 рабочих дней.

Учитывая, что основания для отказа приведены в самой статье и являются достаточно простыми (в большей части техническими), такой большой срок только для принятия решения о рассмотрении заявления является необоснованным завышенным. Будет приемлемо, если в течение 7-10 рабочих дней заявитель получит исчерпывающий письменный мотивированный ответ.

То есть ответ инвестору должен быть составлен и направлен при любом случае обращений. Также необходимо предусмотреть возможность судебного обжалования действий уполномоченного органа.

 

18. Льготное кредитование инвестиционных проектов

Проект предусматривате возможность создания специализированного банка с государственным участием для льготного кредитования инвестиционных проектов.

Идея о создании государственного инвестиционного банка в целом соответствует аналогичным примерам стимулирования инвестиционной деятельности в Российской Федерации и в других странах мира.

Деятельность такой организации должна регулироваться отдельным законом, с внесением изменений в законодательство о банках и банковской деятельности. Государственный инвестиционный банк должен с самого начала своей деятельности обеспечить внедрение процедур корпоративного управления, включая создание совета директоров с участием представителей Республики Абхазия и независимых директоров – профессионалов в сфере инвестиционной деятельности как из Республики Абхазия, так и из других стран.

Критерии для отбора проектов для льготного кредитования должны быть четко определены в законе (отрасль, уровень доходности, период окупаемости, период реализации, социальный эффект, объем собственных средств у инициатора проекта). Каждый проект должен проходить тщательную независимую экспертизу перед началом льготного финансирования (кредитования).

Деятельность государственного инвестиционного банка должна подлежать обязательному ежегодному аудиту по международным стандартам.

 

19. Дискриминация исключаемых участников инвестиционных партнерств

Проект устанавливает, что исключение участника инвестиционного партнерства из партнерства по основаниям, не предусмотренным настоящим Законом, не допускается.

П. 1, 2 и 3. Ст. 45: Отсутствует обязанность по возмещению (компенсации) размера вклада партнера по рыночной стоимости (на основании заключения независимого оценщика). Необходимо четко урегулировать данный вопрос, для того чтобы исключить риск недобросовестного поведения партнеров в рамках инвестиционного партнерства и фактически – ущемление прав исключенных партнеров.

 

 20. Недостаток контроля со стороны вторых и последующих партнеров

 Проект не предусматривает возможности назначения 2, 3 или большего количества директоров в инвестиционном партнерстве.

Во всем мире, в том числе в Российской Федерации (в проекте нового Гражданского Кодекса) существует принцип коллегиальности принятия решений на уровне исполнительного органа хозяйственного общества или партнерства (в Германии такой принцип называется принципом «четырех глаз» - т.е. все важные документы от имени общества должны подписывать согласно уставу и принятым решениям как минимум 2 физических лица – директора). Д

анное правило должно привести к снижению риска нецелевого и недобросовестного распоряжения денежными средствами на расчетных счетах, иным имуществом, находящимся в собственности инвестиционного партнерства.


Дополнительные предложения

За всякой жесткой критикой должен следовать конструктив и позитив. Мы решили не делать исключений из этого правила и сформулировали дополнительные предложения и пожелания, которые предлагаем учесть при подготовке нового проекта закона «Об инвестиционной деятельности»:

(1)  Учесть перечисленные недостатки и недоработки при разработке нового текста Проекта. Это возможно сделать при условии выделения бюджета и формирования рабочей группы из специалистов, которые практикуют в сфере инвестиционной деятельности и имеют необходимый опыт работы, знакомы со спецификой Республики Абхазия.

(2)  Разработать и принять проекты других смежных законов, которые необходимо для нормального применения Проекта. В первую очередь, это: 

  • ратификация ряда международных конвенций,
  • совершенствование Гражданского Кодекса, в т.ч. в сфере регулирования залоговых отношений,
  • урегулирование отношений в сфере учета прав на недвижимость – земельные участки, здания и сооружения,
  • принятие нового закона об особых экономических зонах,
  • совершенствование законодательства об исполнительном производстве,
  • совершенствование законодательства об экономической несостоятельности (банкротстве),
  • принятие закона о государственных закупках товаров, работ и услуг (введение тендерных процедур для отбора поставщиков для нужд абхазского государства).

 

21 января 2014 года

 

Отладка